Речь сейчас идет о выживании, причем для многих из нас — в физическом смысле.
Острая фаза военно-политического кризиса так или иначе завершится, а новая реальность, созданная за последний месяц, останется. Украине предстоит жить и развиваться в условиях, когда соседом на востоке является не стратегический партнер (хоть и весьма сложный), а очевидный противник; в условиях, когда платой за внешнеполитические ошибки становится не проигрыш на выборах, а потеря территориальной целостности или даже самой независимости государства.
И одно осознание этого факта должно стать толчком к глубокому переосмыслению политики безопасности Украины, и не только ее, конечно. На самом деле мы стоим на пороге создания нового государства. И должны понять, что речь сейчас идет о выживании, причем для многих из нас в самом что ни на есть простом смысле — физическом.
Последние события в РФ только подтверждают такой вывод. В России уже предлагают штрафовать за «распространение содержащей недостоверные сведения информации, умаляющей заслуги погибших при защите Отечества, авторитет Российской империи, СССР, Российской Федерации, их вооруженных сил» (законопроект депутата Государственной Думы РФ О.Михеева от 25.03.2014 г.).
Незаметно проходят сообщения о том, что 18 марта 2014 г., в день аннексии Крыма и Севастополя, В.Путин назначил Владислава Менщикова начальником Главного управления специальных программ Президента РФ (ГУСП), пятым руководителем Главка после его создания на основе 15 ГУ КГБ СССР. Его предшественник Дмитрий Рыжков пробыл на должности всего чуть более двух лет. В прошлом оба — офицеры органов госбезопасности РФ. Среди задач ГУСП — организация мобподготовки, мобилизации высших органов государственной власти РФ, а также обеспечение их функционирования в условиях военного времени. Ориентировочная численность ГУСП — до 20 тыс. чел.
Возможно, это просто совпадение, однако во время предыдущих кризисов, возникших после 1991 г., руководителей Главка не меняли. Так что в России — все серьезно, несмотря на браваду, В.Путин понимает, к чему идет, и готовится к большой войне.
И нам необходимо отважиться посмотреть правде в глаза, отбросить многолетние мантры о том, что у Украины нет внешней угрозы. Сегодня это в лучшем случае — откровенная глупость, а в худшем — преступное вранье.
Принять как непреложную реальность то, что нам нужны не только и не столько символы и подписи на декларациях, а настоящая, осязаемая помощь и гарантии. Будапештский меморандум в одночасье превратился в ничего не стоящую бумажку. А какие под ним стояли подписи! Не бумажка — броня! Почему же мы думаем, что другие столь же уважаемые договоры не могут рассыпаться в столкновении с новооткрывшимися обстоятельствами?
А значит, что бороться надо не только и не столько за вступление в НАТО (в новом дивном мире ст. 5 Вашингтонского договора вполне может и не сработать), сколько за то, чтобы Украина обладала достаточным оборонным потенциалом и возможностью оперативного привлечения поддержки союзников для нанесения противнику неприемлемого ущерба. Стоит бороться не за подписание договоров, хотя и это, безусловно, необходимо, а за доступ к ресурсам, и не только материальным, а организационным, информационным и т.д., к опыту НАТО, к процессу консультаций и принятия решений.
Нам нужна не только и не столько перспектива членства в Евросоюзе, а вполне осязаемый безвизовый режим, открытые рынки, финансовая и консультативная помощь Брюсселя, полноформатное участие в Общей политике безопасности и обороны ЕС и т.д. Именно на решении конкретных вопросов взаимодействия и должна сконцентрироваться украинская дипломатия.
А символы? Что ж, они, безусловно, важны, но если будет обеспечено главное — реальная интеграция Украины в структуры Западного мира, после придут и символы. Всему свое время. К слову, подписание Ассоциации с ЕС, даже в донельзя урезанном виде, — позитивный пример такого символа. Евросоюз, подписывая Соглашение с очевидно временным правительством, тем самым придает ему дополнительную легитимность, подрывает центральную идею российской пропаганды о нелегитимности киевских властей.
Осознание внешней угрозы ставит целый ряд важнейших вопросов. Назрела необходимость глубокой перестройки самой парадигмы безопасности. Формируя в 1990-е правовую базу национальной безопасности, украинский законодатель исходил из подхода человеческой безопасности (human security), предельно широко трактуя проблематику. Именно поэтому СНБО Украины последние десятилетия занимался всем: от развития жилищно-коммунального хозяйства до обеспечения населения качественными и доступными лекарственными средствами. Спору нет, вопросы важные и актуальные.
Однако при этом внешняя политика, оборона, противодействие иностранным спецслужбам как-то отошли на второй план. А заниматься необходимо, в первую очередь, этими «неинтересными» и «неденежными» проблемами. С лекарствами, да и с закупками Кабинет министров как-то разберется и сам. А не разберется — на то есть парламент и выборы.
В Украине необходимо восстановить в правах традиционное понимание национальной безопасности как спектра проблем, которым занимаются дипломаты, военные и разведчики с контрразведчиками. И все. При этом стоит отказаться от набившего оскомину вполне советского понятия «государственная безопасность», при таком подходе абсолютно излишнего.
Кстати, следует отметить, что вопрос десоветизации сегодня действительно превращается в актуальнейшую задачу в сфере национальной безопасности. Главное —только четко разобраться, в чем же состоит советскость, и не упустить из виду такие ее родовые черты, как чрезвычайщина, невежество и хамство.
И если кажется, что законодательные изменения сегодня не ко времени, то стоит помнить, что спокойное время для Украины настанет теперь нескоро, очень нескоро.
Без стабильного и профессионального чиновничества успешная Украина невозможна. В Украине необходимо создать настоящую Государственную службу, причастность к которой должна стать предметом гордости. Надо обеспечить полную деполитизацию и департизацию бюрократии. Нулевая толерантность к коррупции — задача даже не сегодняшнего, а вчерашнего дня. И, конечно, профессионализм, который должен стать принципиальным условием не только для карьерного роста, но и для сохранения достигнутых позиций.
Все это выглядит благими пожеланиями в стране, где за прошедшие годы новый министр назначался каждые 43 дня, где глава державы назначает и увольняет чиновников вплоть до уровня председателей районных государственных администраций. Напомним также, что в Украине прошло пять волн зачистки государственной службы по политическим мотивам (2002, 2005, 2006, 2008, 2010 гг.).
Уже сегодня следует предпринять ряд простых, однако эффективных мер. Следует сократить количество назначений, осуществляемых президентом и Кабинетом министров, стоит восстановить институт государственных секретарей, разделив наконец-то политические и административные должности. Необходимо набраться мужества и обеспечить полноценное расследование громких ситуаций последних лет. Прежде всего, речь о событиях вокруг Майдана, приведших к гибели более сотни человек. Виновные должны ответить по всей строгости закона.
Теперь к вопросу о коррупции. Успешное противодействие ей требует построения новых институтов. Уголовное преследование — ключевое направление, но все действия в этой области — Сизифов труд, если не будут системно задействованы антикоррупционные процедуры. Сегодня для борьбы с коррупцией нужен не столько комиссар Каттани, сколько чиновник, который обеспечит построение новой институциональной среды.
Следует уже сегодня инициировать процесс проведения комплексного осмотра сектора безопасности, причем не декоративного, каким он был в 2005–2007 гг., а реального, и обеспечить на его основе принятие реальных, подкрепленных ресурсами, в том числе финансовыми, Стратегии национальной безопасности и Программ развития органов сектора безопасности. Ключевыми должны стать задачи, решение которых будет возложено на эти органы, а не имеющаяся ресурсная или правовая база. Украине необходимо обеспечить свою безопасность в условиях, приближенных к военным. А значит, следует изыскивать средства и строить военные объекты.
Делать это надо быстро — времени в обрез. Но задача безотлагательная, на самом деле стратегическая. Не проведя аудит, невозможно осознанно и уверенно провести изменения к лучшему.
Осуществить такую процедуру, разработать и реализовать реформы может только работоспособный Совет национальной безопасности и обороны. Этот государственный орган должен опять стать политической кухней, уйдя с авансцены и ограничив публичность до необходимого минимума.
Дело Совета и его аппарата — готовить стратегические решения, и именно на этом должна быть сконцентрирована его активность. Необходимо воссоздать систему аналитического сопровождения этой деятельности, и здесь речь, прежде всего, — о Национальном институте стратегических исследований, который должен заниматься именно стратегическими исследованиями в прямом контакте с СНБОУ, МО, МИДом и спецслужбами, а не тем странным делом, которое в Украине почему-то обозначают словом «наука».
Украине необходимы небольшие, но эффективные органы сектора безопасности. Они обязаны четко понимать, к каким сценариям развития событий мы должны быть готовы.
Анализ развертывания российской агрессии четко свидетельствует: россияне будут максимально избегать прямых боевых столкновений, акцентируя внимание на подготовке территории к вторжению. Главная роль при этом отводится спецслужбам и их агентуре. Именно они обеспечивают дестабилизацию ситуации, последующий захват административных зданий и других ключевых объектов. Вооруженные силы же в таких сценариях играют завершающую роль, они скорее фиксируют уже достигнутое и выступают гарантом его необратимости. Причем, действуют не под своим флагом. Операции осуществляются на грани силового противостояния, интенсивность вторжения остается на как бы предпороговом уровне. Танковых колонн в стиле Второй мировой нет и, скорее всего, не будет. Все делается крайне ограниченными силами.
Гораздо более важную роль играет психологическая и шире — информационная война, можно прогнозировать активизацию спецслужб РФ на киберфронте.
Сегодняшнее руководство России — блестящие тактики, весьма неплохие специалисты в оперативном искусстве, а вот со стратегией — традиционные проблемы. К счастью, современный уровень российского стратегического мышления очень далек от того, что демонстрировал И.Сталин.
Ныне Кремль все так же отчетливо знает свою цель — увековечить сегодняшнюю российскую власть, перестроив мировой порядок под себя. Москва великолепно владеет определенным набором инструментов, однако дальше начинается не гибкость, как было у вождя народов, а начинаются импровизации. На первых этапах эти два понятия практически неотличимы по своим результатам, а вот дальше… Тем не менее, это вопросы завтрашнего дня, а сегодня РФ владеет инициативой, а Украина действует в реактивном режиме, постоянно запаздывая. И что характерно, не пытаясь преодолеть эту проблему.
Ключевое внимание следует уделить координации органов сектора безопасности и стратегическому планированию. Противодействие российской угрозе возможно обеспечить лишь на системном уровне, с полным задействованием всего арсенала сил и средств. И речь не только о СНБОУ, но и о координации спецслужб.
Приоритетное внимание должно быть уделено Силам специальных операций Вооруженных Сил Украины. Процесс их создания должен быть наконец-то завершен. Эти Силы наряду со спецслужбами должны сыграть ключевую роль в отражении агрессии. Впрочем, об обороне лучше напишут профессиональные военные.
Принципиальное значение имеет эффективность контрразведывательных и разведывательных органов страны. Они должны получить эффективную координацию и постановку задач, обеспечить действенное решение задач противодействия разведывательно-подрывной активности иностранных, в первую очередь, российских спецслужб, обеспечить контрдиверсионное направление, наладить информационную и аналитическую работу. Отдельное место должна занять задача обеспечения безопасности и надежности телекоммуникаций, от которых зависит система управления.
Конечно, информация из открытых источников — вещь, безусловно, важная и необходимая, но не достаточная. Украине нужна разведывательная информация, и возможности получить и обработать ее есть.
Достичь вышеперечисленные цели в принципе возможно, главное — четкое понимание перспектив, проработанность планов и решительность, но и гибкость руководства. Ну и, конечно, ресурсы. Впрочем, безопасность — дело дорогостоящее и ключевое для любого государства. И Украина убеждается в этом, увы, на своем опыте.
Уже сегодня стоит думать о реформе правоохранительных органов, однако это очень сложная задача, требующая чрезвычайно осторожного и выверенного подхода. Впрочем, это не аргумент в пользу затягивания, а напоминание о серьезности задачи.
источник: http://evroua.com/vrag-u-vorot-chto-delat-v-sfere-bezopasnosti
